В течение последней пары дней администрация Трампа была вынуждена пойти на тактическое отступление после убийства федеральными агентами медбрата отделения интенсивной терапии Алекса Джеффри Претти в Миннеаполисе. Однако это отступление не является отказом от её авторитарного курса — это перекалибровка. Угроза диктатуры остаётся столь же реальной и серьёзной, как и прежде.
Столкнувшись с волной общественного возмущения и протестов, Белый дом попытался отступить от самых провокационных лживых заявлений и нападок, высказанных высшими чиновниками администрации Трампа сразу после убийства Претти. В понедельник пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Ливитт подчеркнуто не стала оправдывать заявления заместителя главы аппарата Белого дома Стивена Миллера и министра внутренней безопасности Кристи Ноэм, которые назвали Претти «внутренним террористом», пытавшимся «совершить покушение» на правоохранителей. Вместо этого Ливитт настаивала на том, что «мы позволим фактам говорить самим за себя», и утверждала, что «никто в Белом доме, включая президента Трампа, не хочет, чтобы люди получали травмы или погибали», — что является очевидной ложью.
В то же время администрация отозвала из Миннеаполиса старшего офицера Погранично-таможенной службы Грегори Бовино, чьи ложные утверждения относительно Претти были одними из первых, которые начали циркулировать. По сообщениям, из города также были отозваны некоторые агенты, а тон Трампа изменился, — от обвинений в адрес губернатора Миннесоты Тима Уолца в «разжигании насилия» до восхваления телефонного разговора с ним как демонстрации того, что они «находятся на одной волне».
Этот сдвиг не является результатом морального переосмысления или давления со стороны политиков-демократов. Это результат массовых протестов, растущего народного гнева и набирающих силу настроений по всей стране о необходимости всеобщей забастовки. Белый дом понимает, что убийство Алекса Претти, произошедшее всего через две недели после казни Рене Николь Гуд в том же городе, спровоцировало самый серьёзный политический кризис за весь срок второго президентства Трампа.
Это ограниченное отступление лишь подчёркивает, в какой степени разгулу Трампа способствовала Демократическая партия. В течение последнего года демократы и СМИ изображали Трампа как неостановимую силу, утверждая, что ничего нельзя сделать, кроме как ждать следующих выборов. На самом деле способность Трампа буйствовать по части конституционных прав населения целиком зависела от соучастия, молчания и трусости демократических чиновников на всех уровнях.
Интерпретировать это частичное отступление как свидетельство того, что угроза миновала, было бы роковой ошибкой. Администрация не отказывается от своих планов по установлению президентской диктатуры. Опасность введения в действие Трампом «Закона о восстании» сохраняется. Трамп неоднократно заявлял, что будет править как «диктатор с первого же дня», и он выполняет свою угрозу. Это не в первый раз, когда деспот бросает несколько подчинённых на растерзание волкам, пусть и временно, чтобы перегруппироваться. Также нельзя забывать, что всё, что Трамп делает в один день, может быть немедленно отменено на следующий.
Поразительно, что среди всех первоначальных восторгов в связанных с Демократической партией СМИ по поводу предполагаемого триумфа «демократии», не было сказано ни слова о том факте, что Дональд Трамп, организатор общенационального террора, остаётся у власти. Никто не понёс ответственности. Убийцы Алекса Претти остаются безымянными и на свободе. Зачинщики преступления — прежде всего сам Трамп вместе с советником Белого дома Стивеном Миллером, министром внутренней безопасности Кристи Ноэм, исполняющим обязанности директора Иммиграционной и таможенной полиции (ICE) Тоддом Лайонсом и директором ФБР Кашем Пателем, — остаются у власти.
Ведущие демократы быстро действуют, чтобы распространить самоуспокоенность, рассеять народный гнев и представить ситуацию как находящуюся под контролем. В понедельник губернатор Миннесоты Тим Уолц охарактеризовал свой телефонный разговор с Трампом как «продуктивный». Это тот же самый Дональд Трамп, которого Уолц всего 12 дней назад точно описал как осуществляющего «кампанию организованной жестокости против жителей Миннесоты». Что же изменилось?
По словам Трампа, Уолц «позвонил ему» и сказал, что им следует «работать вместе». В ответ Трамп пообещал направить «пограничного царя» своей администрации Тома Хомана в Миннесоту и обеспечить сотрудничество в передаче «любых и всех преступников», находящихся под стражей в штате, в руки ICE. Трамп назвал разговор «очень хорошим» и заявил, что он и Уолц «находятся на одной волне». Пресс-секретарь Трампа дала понять, что целью администрации остаётся принудительная выдача всех нелегальных иммигрантов при полном сотрудничестве со стороны полиции штата и местного уровня.
Офис Уолца, со своей стороны, поддержал тёплый тон. Его представители заявили, что Трамп согласился «работать более скоординированно в вопросах иммиграционного контроля в отношении насильственных преступников» и рассмотреть вопрос о «сокращении количества федеральных агентов в Миннесоте». В офисе губернатора даже утверждали, что Трамп поможет обеспечить «независимые расследования» убийств Алекса Претти и Рене Гуд.
Это заявление является оскорбительным жестом в адрес общественного мнения. Оно подразумевает, что главный зачинщик репрессий теперь обеспечит надлежащее расследование преступлений, которые его администрация приказала совершить и оправдывала.
Консенсус в правящем классе США по поводу необходимости попытаться прекратить протесты в Миннесоте выразился в решении Wall Street Journal опубликовать на своих страницах колонку Тима Уолца. Ультраправая газета, принадлежащая миллиардеру Руперту Мёрдоку, критиковала подход Трампа к иммиграции как излишне провокационный, заявляя в редакционной статье, что убийство Алекса Претти «требует переосмысления того, как действует ICE, особенно в Миннеаполисе, где нарастает напряжённость».
В своей колонке, повторяя некоторые критические замечания по части методов Трампа, Уолц утверждает, что Миннесота фактически сотрудничает с ICE, передавая иммигрантов-заключённых для депортации. Он заявил: «Все хотят видеть, как наши иммиграционные законы исполняются».
Самый большой страх Демократической партии — не диктатура, а независимое вмешательство рабочего класса в события. Ее главная политическая цель — блокировать, дезориентировать и подавить развитие массового движения снизу. Демократы также хотят создать лучшие политические условия для принятия всех законопроектов о финансировании, чтобы предотвратить новый шатдаун правительства, т.е. чтобы продолжать без перебоев финансировать администрацию Трампа, в частности, огромный военный аппарат империалистической агрессии.
Протесты 23 января, которые вывели на улицы Миннесоты более 100 000 человек, не были организованы политическим истеблишментом. Они возникли в рабочем классе и среди молодёжи. Требование всеобщей забастовки набирает обороты. В школах, больницах, на заводах и складах рабочие обсуждают, как дать отпор.
Это наиболее значимое явление в политической жизни Америки. То, что пугает правящий класс, — это не просто разоблачение его преступлений. Это возникновение массового рабочего движения, которое противостоит диктатуре не только по форме, но и по существу, — то есть противостоит диктатуре капитала.
Движение, которое оказалось запущено, не должно останавливаться. Демонстрации, забастовки и мобилизации должны продолжаться и углубляться. Необходимо двигать вперед подготовку к массовым действиям, включая общенациональную всеобщую забастовку. Все условия, которые вывели десятки тысяч людей на улицы, сохраняются: убийства и рейды ICE, массовые задержания и депортации, эскалация мировой войны, рост фашизма и прежде всего господство в обществе финансовой олигархии, несовместимой с демократией.
Этот режим не отступает. Он перегруппировывается. Его повестка дня остаётся прежней: полицейская диктатура внутри страны, завоевания за рубежом и защита постыдного богатства и власти олигархии посредством репрессий и насилия. Рабочий класс должен ответить с ещё большей решимостью и ясностью цели — путем независимой организации, укрепления единства и построения революционного социалистического руководства для установления рабочей власти.