На крупном митинге, организованном в Белграде в конце июня Сербской прогрессивной партией (СНС), правой правящей партией, президент Сербии Александр Вучич объявил о своей отставке «через несколько недель» и пообещал проведение досрочных президентских и парламентских выборов. Таким путем он отреагировал на продолжающиеся уже полтора года массовые протесты, одновременно пытаясь сохранить свою власть в условиях углубляющегося кризиса.
Вучич занимает пост президента с 2017 года и остается бесспорным лидером своей партии и правительства. Согласно конституции, он не может баллотироваться на третий президентский срок. Его второй срок в обычных условиях должен был бы закончиться в середине 2027 года, а следующие парламентские выборы планировались на конец того же года. Добровольно уходя в отставку досрочно, он может теперь перенести выборы на более ранний срок и вступить в предвыборную кампанию, — не как президент, а как ведущий кандидат своей партии, с целью вернуться на пост премьер-министра, который он занимал с 2014 по 2017 год.
Этот маневр повторяет знакомую схему и наглядно иллюстрирует кризис, в котором находится правительство. Еще в начале 2025 года Вучич оказывал давление на своего тогдашнего премьер-министра Милоша Вучевича, чтобы тот ушел в отставку, с целью ослабить давление с улиц, — но этот шаг не смог остановить протесты. Показательно, что на митинге Вучич уже вел себя как кандидат, обещая более высокие зарплаты, пенсии и уровень жизни. Он вновь охарактеризовал студенческие протесты против его правительства как «чистый терроризм».
До сих пор правое правительство реагировало на протесты смесью безразличия и, в последнее время, все более жестких репрессий. Однако, поскольку протесты не проявляют признаков ослабления даже спустя полтора года, Вучич пытается лишить их «ветра в парусах», уходя в отставку и назначая новые выборы.
Поводом для протестов послужило ноябрьское происшествие 2024 года, когда обрушился навес недавно отреставрированного Центрального вокзала Нови-Сада, в результате чего погибли 16 человек. Эта катастрофа стала символом системы, в которой кумовство и сращивание государства и бизнеса ведут к потере человеческих жизней. В течение нескольких недель местное возмущение переросло в крупнейшее протестное движение со времен распада Югославии. 15 марта 2025 года только в Белграде собралось как минимум 300 000 человек; в первую годовщину катастрофы в Нови-Саде прошли демонстрации с участием около 160 000 человек; в мае 2026 года еще 180 000 вышли на улицы столицы. Митинги прошли более чем в 300 городах и поселках, по всей стране были заняты университеты.
Движение изначально возглавляли студенты, но оно быстро получило поддержку широких слоев населения, включая рабочих, пенсионеров и молодежь. Оно направлено не только против коррупции и злоупотребления властью, но и против невыносимых социальных условий, от которых страдает большинство населения.
Представители ЕС хранили молчание после заявлений Вучича. Представитель Еврокомиссии заявил, что ЕС будет следить за выборами и «полностью уважает решение сербского народа».
До сих пор ЕС открыто поддерживал СНС. Несмотря на пропаганду обратного в провластных СМИ, Белград поддерживает военный курс ЕС против России и является важным партнером Брюсселя в закрытии границ для беженцев, пытающихся попасть в Центральную Европу через «балканский маршрут».
Сербия также тесно экономически переплетена с ЕС. Свыше 60 процентов сербского экспорта направляется в ЕС, и свыше 60 процентов прямых иностранных инвестиций в Сербию поступают оттуда. Еще в июле 2024 года тогдашний канцлер Германии Олаф Шольц лично прибыл в Белград для участия в подписании «Меморандума о критически важном сырье», который предоставляет ЕС доступ к сербским месторождениям лития.
Подоплекой этого является проект Jadar, реализуемый британо-австралийской группой Rio Tinto, разрабатывающей одно из крупнейших известных месторождений лития в Европе. Согласно оценкам, немецкая промышленность могла бы покрыть до 90 процентов своего спроса за счет сербского лития. В июне 2025 года Еврокомиссия присвоила проекту статус «стратегического проекта» в соответствии с законодательством ЕС о сырьевых материалах.
Расследовательская сеть BIRN недавно раскрыла, что правительство Германии финансирует Йорга Хеескенса, давнего советника Вучича, который проложил путь для подвергаемого жесткой критике проекта по добыче лития. Хеескенс консультирует Вучича уже 13 лет в интересах немецкой промышленности. Согласно отчету, только за период с 2020 по 2026 год его зарплата составила около 1,3 миллиона евро.
Однако прежде всего ЕС опасается, что дальнейшая дестабилизация Сербии может распространиться на другие балканские государства и усугубить там ситуацию.
В Албании с конца мая «революция фламинго» переросла в крупнейшее протестное движение со времен падения сталинистского режима. Она была вызвана анонсом многомиллиардного туристического проекта на побережье Адриатики, связанного с зятем Дональда Трампа Джаредом Кушнером, и переросла в движение против правого правительства Рамы, тяжелого социального положения и распродажи национального достояния страны.
В других государствах бывшей Югославии политическая и социальная ситуация находится на грани коллапса. В Северной Македонии в марте 2025 года при пожаре в незаконно действующем ночном клубе в Кочани погибло 59 человек, в основном молодежь; в Боснии и Герцеговине тысячи людей протестовали против разрушенной инфраструктуры и коррумпированных элит после аварии трамвая в Сараево, повлекшей за собой смерть человека.
Вучич делает ставку на слабость оппозиции перед досрочными парламентскими выборами, которые, как ожидается, пройдут одновременно с выборами президента. Если новые выборы состоятся, ведущие оппозиционные партии не смогут извлечь выгоду из кризиса, в котором находится правительство Вучича. Даже на последних парламентских выборах отрыв СНС от следующей по влиянию партии составлял почти 30 процентных пунктов. Сегодня партии мейнстрима — будь то ультраправые и антиевропейские или проевропейские — разобщены между собой и лишены какого-либо политического значения.
Согласно опросам общественного мнения, возможный список, составленный или поддерживаемый студенческим движением, мог бы победить на следующих парламентских выборах. Однако пока такого списка не существует, и официальной кандидатуры на пост президента не выдвигалось.
Ряд фигур действуют внутри протестного движения и вокруг него, пытаясь заполнить этот политический вакуум.
Саво Манойлович, лидер движения «Крени-Промени» («Измени!»), уже несколько лет пытается использовать различные протестные движения в своих целях. В настоящее время он поддерживает студенческое движение. При этом он выступает за более тесное сотрудничество с ЕС и иногда даже критикует Вучича справа, когда речь идет о предполагаемой распродаже национальных ресурсов.
Имена, которые обсуждаются в качестве потенциальных кандидатов в президенты, симптоматичны для политической неразберихи в оппозиционном движении. Среди них Владан Докич, ректор Белградского университета. Он поддерживал студентов с самого начала и выдержал ожесточенные атаки правительства, — такие как полицейский рейд на ректорат и обвинения в «анархизме» и «терроризме». Докич никогда не состоял ни в одной политической партии, позиционирует себя как последовательно беспартийного и обосновывает свою активность исключительно защитой университета.
Другое имя, которое обсуждается, — бывший баскетболист и нынешний президент Евролиги Деян Бодирога. Бодирога также публично поддержал протесты против Вучича, но заявил, что у него нет «политических амбиций». О его политических взглядах можно лишь строить догадки.
Внутри Зелено-левого фронта (ЗЛФ), аффилированного с Европейской партией «Зеленых», существуют острые конфликты по поводу того, поддерживать ли потенциальный список кандидатов или нет. Хотя выбор был сделан еще до объявления Вучича об отставке, внутри партии возникло сейчас сопротивление этому шагу. Оно проистекает из опасений потерять всякое значение в рамках широкого коалиционного движения. Политически ЗЛФ также ориентирован на скорейшее вступление в ЕС и поэтому призывает правительство к дальнейшим реформам.
Оппозиционные партии — от ультраправых до проевропейских сил — не предлагают никаких перспектив для студентов и рабочих Сербии. Все они представляют собой варианты одной и той же прокапиталистической политики, которая привела к дальнейшему ухудшению социальных условий в стране. Рабочие и студенты Сербии могут добиться своих требований только путем борьбы за социалистическую и интернациональную программу.